Экономической катастрофы в ближайшие пару лет не будет  
7 декабря 2010 г. в 08:30

Сейчас мировая экономика находится в состоянии депрессии. Депрессия – это ситуация, когда глубина диспропорций настолько глубока, что коммерческий спрос сжимается. Единственный способ выживания в условиях депрессии – это замещение сжимающегося коммерческого спроса растущим государственным.

Поскольку никакой контроль не является идеальным, часть денег, которые вливаются в экономику, уходят на спекулятивные рынки и, в частности, попадают на рынки сырья. Поэтому у нас дорожают золото и нефть. В этом отношении есть основания полагать, что высокие мировые цены на нефть еще несколько лет продержатся. Это означает, что экономической катастрофы в ближайшие пару лет не будет. Это и так было понятно, потому что, даже если нефть будет стоить 30 долларов за баррель, того, что находится в резервах Российской Федерации, хватит на достаточно долгое время.

Проблемы в России будут возникать не из-за нехватки денег. Мы видели очень красочную картину кризиса конца 2008 года – начала 2009 года, когда была всеобщая паника, девальвация рубля более чем на треть, когда было падение производства, а при этом международные резервы намного превышали 300 млрд долларов. Валютной стабильности ничего не угрожало даже теоретически, но при этом происходила девальвация рубля. Проблемы российской экономики будут происходить не из-за нехватки денег, а из-за некачественного управления
Читать далее

Для обеспечения социальной стабильности экономический рост должен быть не менее 5,5%  
16 ноября 2010 г. в 08:30

Оценки Росстата по поводу роста ВВП нашей страны в третьем квартале (2,7

представляются совершенно правдоподобными. Была летняя засуха, и сентябрь стал пиком ее экономических последствий, но экономическая политика государства усугубила последствия засухи. Достаточно сказать, что дефицит гречки и рост цен на нее наблюдался в условиях, когда все склады были забиты гречкой. Действительно, в прошлом году у нас был низкий урожай гречки, но в предыдущие 2 года у нас были огромные урожаи гречки, а гречка хранится очень здорово.

Между тем у нас есть некоторое оживление экономики. Бизнес хотя и давят, но только по инерции. Кроме того, деньги, которые возвращаются от инвестиционных проектов, как правило, не вкладываются в новые инвестиции, а идут на потребление в разных формах, что подстегивает и оживляет экономику.

В силу этих причин у нас есть некоторое оживление, которое может вытащить экономику к Новому году, так что 4% роста будет. Но хочу напомнить, что исследования, которые проводились в 2006-2007 годах, показали, что для обеспечения социальной стабильности минимально возможный экономический рост должен быть 5,5%. При экономическом росте ниже этого уровня «сладких пряников» не хватает на всех и приходится существенно ущемлять различные группы влияния, тем самым дестабилизируя социально-политическую ситуацию.

Читать далее

Борьба с коррупционерами отличается от борьбы с коррупцией  
2 ноября 2010 г. в 08:30

Как сообщил Дмитрию Медведеву начальник контрольного управления администрации президента Константин Чуйченко, «экономический эффект от очищения порочных закупок, по самым консервативным оценкам, может превысить 1 трлн рублей».

Услышав это, глава государства быстро перевел словосочетание «порочные закупки» с чиновничьего канцелярита на разговорный язык и возмутился объемами воровства в процессе госзакупок. Получается, что оно составляет примерно пятую часть консолидированного 5-триллионного бюджета, выделяемого на госзакупки.

Президент Медведев говорит о проблеме коррупции на всем протяжении своего пребывания на высшем посту. Ну и хорошо, что хотя бы говорит. Это приятно, что, пробыв в должности более половины президентского срока, человек узнал о реальных масштабах коррупции. И даже назвал ее некоторые параметры. Но вообще-то говоря, для этого он мог еще года два назад открыть газету и прочитать. Поскольку состояние дел в этой сфере в нашей прессе описывалось достаточно подробно.

Я думаю, что все это связано с избирательным циклом. У нас, безусловно, имеет место острая политическая конкуренция, и Дмитрий Медведев пока ее красиво выигрывает. Но еще неизвестно, чем это закончится. При этом всерьез рассуждать о реальной борьбе с коррупцией не приходится. Потому что для борьбы с коррупцией необходимо опереться на народ против правящего и владеющего Россией класса чиновничества. Может быть, Медведев захочет и даже сможет это сделать, но пока он не демонстрирует никаких признаков этого. Пока это лишь красивый и правильный разговор.

Борьба с коррупционерами отличается от борьбы с коррупцией – в борьбе с коррупционерами «неправильных» людей заменяют «правильными», а борьба с коррупцией означает кардинальное изменение правил. Я могу назвать ряд элементарных практически мер, которые необходимо предпринять, если власти действительно хотят победить коррупцию.

Первое – это то, что взяткодатель освобождается от ответственности в случае сотрудничества со следствием. Таким образом разрывается круговая порука между организаторами коррупции и ее жертвами. Это то, что работало в Италии.

Второе – у членов оргпреступности, а также у их семей, в том случае если они не сотрудничают со следствием, конфискуются все активы, включая добросовестно приобретенные. А оставляется только необходимое для достаточно скромной жизни. Это опыт США, который уничтожает экономическую базу преступности. Потому что пойманный мафиози и коррупционер вынужден сдавать всех и все ради сохранения благополучия своей семьи.

И третье – это электронная система принятия решений. Прошу не путать это с системой «электронного правительства». В нашем понимании последнее означает, что если раньше вас посылали в письменном виде через два месяца, то сейчас вас пошлют по электронной почте через неделю. На самом деле, речь должна идти о системе принятия решений. Когда в течение трех-четырех дней принимается любое решение. Кроме того, при этом реализуется невидимый контроль над этим процессом. Когда вы начинаете сегодня кого-то проверять, то первое, что происходит, – это пожар в архиве. А здесь человек даже не заметит, что его проверяют. У нас об этом, к сожалению, не идет даже речи. Хотя в некоторых российских коммерческих структурах эти системы работают. Введение электронных аукционов – это, конечно, шаг в правильном направлении. Только не будем забывать, что таким же шагом в свое время было введение обычных аукционов, что практически никак на уровень коррупции не повлияло.

Эти три меры обеспечивают оздоровление ситуации при любом уровне вменяемости судей, правоохранительной системы, прокуратуры и т. д. Конечно, их тоже необходимо оздоравливать. Но перечисленные вещи так меняют правила игры, что, условно говоря, даже майор Евсюков тоже начинает бороться с коррупцией.

Читать далее

Российское общество не примирилось с коррупцией  
31 октября 2010 г. в 08:30

Российское отделение центра антикоррупционных исследований и инициатив «Трансперенси Интернешнл» подготовило очередной рейтинг стран, ранжированных по индексу восприятия коррупции. Россия заняла в нем 154-е место из 180 стран, на которое она переместилась за год со 146-й позиции.

Как известно, это исследование проводится путем опроса граждан и экспертов в каждой из представленных в нем стран. Конечно, в подобных докладах всегда присутствует элемент субъективизма. Это свойственно практически всем экспертным опросам. Не говоря уже о том, что международные организации, их проводящие, часто склонны к истерике и нагнетанию страстей.

Есть и еще один важный сугубо российский фактор. А именно склонность нашей интеллигенции к самобичеванию. Это наша национальная особенность. Однако эта особенность может объяснить далеко не все. Потому что если бы это был единственный фактор, то мы не имели бы негативную динамику. Потому что склонность к самобичеванию среди определенной части населения – это некая константа, которая практически не меняется со временем. Мы же видим, что оценка ситуации с коррупцией в нашей стране постепенно уходит в сторону все большего негатива.

Впрочем, я не думаю, что нам следует так уж драматизировать ситуацию. В конце концов, у нашего государства есть еще целых 26 пунктов для дальнейшего падения. Просто надо иметь в виду, что речь идет не столько о рейтинге уровня распространенности коррупции в стране, сколько о рейтинге уровня общественного протеста против коррупции. В этом смысле я считаю, что это весьма позитивный факт, что у нас такой низкий рейтинг. Это обстоятельство отражает тот факт, что российское общество не приемлет коррупцию.

Еще раз обращаю внимание, что это не уровень коррупции, а уровень протеста, направленного против нее. Может быть, в каком-нибудь, условно говоря, африканском государстве коррупция выше, чем у нас. Но там это явление не вызывает такого протеста. Что же касается России, то здесь уровень коррупции может быть даже немного меньше, но проест и неприятие больше. В этом смысле рейтинг «Трансперенси Интернешнл» отражает уровень общественного протеста и негодования по поводу разложения госвласти. То есть, если бы ситуация оставалась прежней, а мы в рейтинге не падали, а росли, это стало бы признаком окончательной национальной катастрофы. Потому что это означало бы, что российское общество примирилось с коррупцией.

Читать далее

Надо стараться возвращать тех наших ученых, которые уехали  
18 октября 2010 г. в 08:30

Вопрос подготовки кадров для инновационной деятельности зависит от сфер наук. Но если говорить в общем, то я думаю, что для подготовки кадров, которые бы делали инновации, во-первых, надо стараться возвращать наших ученых, которые уехали. Во-вторых, нужно, чтобы лучшие ученые (иностранные и наши) учили молодых специалистов. Так делалось и делается во всем мире. В общей статье расходов это будет незначительная часть.

Впрочем, пока что идут только разговоры о модернизации. У нас есть очень много технологий, но многие уже уничтожены в самых разных сферах. А молодые ученые бегут не потому, что у них нет денег, и даже не всегда потому, что у них нет сферы приложения. Но если они хотят работать в сегодняшней российской науке, то им иногда приходится терпеть, что ими помыкают недостаточно компетентные руководители. Научная молодежь от этого и бежит, их недостаточно уважают, бежит от людей, которые не знают ничего и ни о чем.

К сожалению, в некоторых наших научных заведениях стиль общения с подчиненными не очень отличается от стиля общения с подчиненными в казарме. Если говорить о перспективах российской науки на ближайшие пять лет, то я пессимист. Но если говорить о более отдаленной перспективе, на ближайшие пятнадцать лет, то я оптимист.

Читать далее

Западные корпорации хотели вскрыть наш рынок, как консервную банку  
28 сентября 2010 г. в 08:30

Если мы захотим что-то делать руками, то нам по-любому придется защищать свой рынок. Если же мы вступим в ВТО, то мы лишим себя возможности защищать свой рынок при помощи инструментов внешнеторгового регулирования. Так почему же наши либералы так долбятся в ВТО?

В 2000 году никто не понимал, что это такое, а идея была такова, чтобы показать какой-нибудь результат, который был бы одновременно либеральным и не имел бы негативных социальных последствий. Глобальные же западные корпорации хотели вскрыть наш рынок, как консервную банку. Принципиально важный нюанс заключается в том, что все уступки, которые от нас хотели, по большому счету уже были сделаны к 2005 году.

Если нас пускать в ВТО, то Запад не получит ничего сверх того, что он уже имеет, а вот кое-какие права у нас как у членов ВТО появятся. Хотя мы не умеем ими пользоваться, но когда-нибудь можем и выучиться. Поэтому нас в ВТО резко начали не принимать и не пускают до сих пор, выдвигая требования, которые или связаны с уничтожением российской экономики вроде знаменитого повышения внутренних цен на газ до мирового уровня, или не имеют никакого отношения к ВТО, вроде свободного пролета иностранных самолетов над Сибирью.

Читать далее

Нам вступать в ВТО незачем  
26 сентября 2010 г. в 08:30

Страны присоединяются к ВТО в двух ситуациях. Первая – если они имеют большой экспорт гражданской высокотехнологичной продукции. Это не наш случай. Вторая ситуация - если экспорт страны сдерживается из-за того, что она не является членом ВТО. Это тоже не наш случай, потому что основная часть российского экспорта - это биржевые товары, которые ВТО никак не регулируются. Есть отдельные случаи, когда наш экспорт ограничивается, но не потому, что мы не члены ВТО, а потому, что такие условия конкуренции. Классический пример - это знаменитая история со стальными трубами, когда США ввели очень жесткие ограничения на поставки в свою страну стальных труб из двадцати стран.

Девятнадцать стран из двадцати были членами ВТО, и это им не помогло. Россия была единственной страной - не членом ВТО из этой двадцатки. Поэтому нам вступать в ВТО незачем. Вступив в ВТО, мы лишимся возможности цивилизованно защищать свой рынок. Сейчас у нас страна стоит нараспашку, но в условиях глобального экономического кризиса все потихонечку осуществляют усиление протекционизма. А вот представьте, мы создаем свое автомобилестроение, и, пока оно слабенькое, его нужно временно защитить. Но в ВТО один принцип выполняется беспрекословно. Это принцип, по которому страна - член ВТО не может усиливать общую защиту своего рынка. То есть можно защищать отдельные рынки, но за счет уступок в остальных.

Читать далее

Мы не вышли на докризисные уровни, но некоторое оживление есть  
20 сентября 2010 г. в 08:30

Вышли данные социологического исследования Левада-центра по августу. Согласно этим данным, у нас резко сократилось количество нищих, их стало 9% от всего населения России. Это минимум за все время реформ. Доля же тех людей, кому хватает денег на еду, одежду, но не хватает на товары длительного пользования, выросла с 39% до 48% - это самая большая социальная группа в России. Это большая группа людей, достаточно устойчивая, которая влияет своим сознанием на все общество.

В начале 90-х годов у нас было большинство людей нищих, потом было большинство бедных, которым не хватало денег на одежду, хотя хватало денег на еду, и эти люди были заняты выживанием. Сейчас у нас появилась большая социальная группа, которая занята не только выживанием. Когда денег нет, тут не до политики, а когда что-то есть и возникает большой страх всего лишиться, появляется возможность отвлекаться от выживания. Это позитивно.

Что же касается экономики в целом, то у нас провал с инвестициями продолжается, есть замедление в восстановлении промышленности, замедление восстановления грузовых железнодорожных перевозок, мы не вышли на докризисные уровни, но некоторое оживление есть. Улучшение социальной ситуации вызвано социальной адаптацией людей, улучшением экономической нефтяной конъюнктуры и некоторыми мерами госполитики.

Читать далее

У Европы – очень серьезный кризис идентичности  
25 августа 2010 г. в 08:30

Интеграция новых членов Евросоюза проходила по модели, согласно которой у них покупались предприятия, которые представляли интерес, а конкуренция с развитыми членами Евросоюза не допускалась, социальная поддержка не оказывалась. Централизованными усилиями Евросоюза развивалась инфраструктура, потому что это облегчало деятельность крупных корпораций стран «старой» Европы.

В результате Восточная Европа стала поставщиком дешевой рабочей силы. Там нет таких конфликтов, выходящих на поверхность, как в Южной Европе, потому что там нет социальной защиты. Но возможностей для экономического развития там тоже нет. Соответственно, это – «приз», который получили корпорации развитых стран, особенно в Германии, но это одновременно и балласт, который тянет на дно сами развитые страны, и в первую очередь – ту же самую Германию.

У Европы – очень серьезный кризис идентичности. Любой интеграционный проект, когда он переходит от экстенсивного расширения к интенсивному развитию, испытывает кризис. Это было и с Советским Союзом, и с другими проектами, а здесь наложился еще и глобальный кризис. Сегодня не видно, как европейцы могут выйти из этого кризиса, потому что пресловутая политкорректность полностью блокирует мышление. Одновременно с этим система принятия решений в Евросоюзе такова, что т. н. «неразвитые» страны имеют равные права с «развитыми».

Читать далее

В России сейчас кризис отошел на второй план, он затенен засухой  
13 августа 2010 г. в 08:30

В России кризис сейчас отошел на второй план, он затенен засухой. Еще в начале августа общее мнение специалистов было, что урожай составит 70 млн тонн зерна или чуть меньше, а сейчас уже говорится о 60 млн. Россия потребляет в год 75 млн тонн зерна или чуть больше, и соответственно, запасы, переходящие на следующий год, даже без учета экспорта остаются недостаточными.

Что касается собственно экономического кризиса, то мы видим, что все в порядке с ценами на нефть. В июне даже был профицит федерального бюджета. Но вновь начало сокращаться производство металлургической продукции. Пока непонятно, является ли это системным фактором или это вызвано конъюнктурными обстоятельствами. С одной стороны, в мире подскочила цена железной руды, а с другой стороны - Китай выбросил на рынок довольно много черных металлов.

Возможно, это временные трудности, хотя специалисты в области металлургии говорят, что трудности системны. Если это так, то это скверно для экономики, потому что металлургия - это для нас наиболее чувствительная отрасль. Она первая начинает сыпаться в случае чего. Скажем, в 2008 году металлургия давала тревожные сигналы за полгода до перехода кризиса в открытую фазу. У нас она дает сигнал где-то с мая-июня, так что это все выглядит не очень хорошо.

Читать далее